Одеться в воспоминания… Звучит так, словно ты копаешься в своем шкафу и примеряешь вещи, которые когда-то носил. Мода постоянно обращается к прошлому для создания нового. Некоторые дизайнеры используют потертости, нарочитую небрежность и необработанные швы, чтобы показать тяжесть времен посредством одежды. То есть автор пытается отразить события из жизни, культуру и некую прозаичность. Получается эффект искусственной состаренности с культурным и порой поэтическим оттенком. Этот диалог прошлого с настоящим также несет в себе характер, который физически отражен в вещах.
Автор картины: Катерина Костерина
В книге "Конец моды. Одежда и костюм в эпоху глобализации" это взаимоотношение времен хорошо описано: "Одежда из переработанных (скорее всего имеется в виду апсайкл — прим. ред.) материалов или новая одежда, имитирующая признаки поношенности, с самого начала является неким условным предметом, изношенность которого в настоящее время намекает на то, что в прошлом оно знало лучшие времена, когда оно еще не несло на себе отпечатка поношенности и вынужденного бремени уникальности". Такой подход предоставляет дополнительную опцию для отражения не только идей, но и переживаний. Например, дизайнера потрясло какое-то ужасное событие и он хочет частично отразить эту составляющую его настроения. Но эта одежда не может быть идеально новой — в ней не будет характера, присущего печальному событию, пусть даже искусственно созданному.
Основательница Comme Des Garcons Рей Кавакубо в своих первых коллекциях никогда не упоминала о катастрофах Хиросимы и Нагасаки. Однако многие связывают ее первые труды именно с этими трагедиями. Отвечая на причину умалчивания, в книге "Конец моды" ссылаются на немецкого философа Теодора Адорно: "Адорно в своем часто цитируемом эссе "Критика культуры и общество" провокационно утверждает, что "писать стихи после Освенцима — варварство". Плюс, если бы Кавакубо открыто говорила об этом, весь центр внимания сместился бы исключительно на "вдохновение трагедией", затмив все остальные элементы коллекции. Нюансы вещей создают мрачный нарратив, жизнь продолжается, но она уже не будет прежней. В подходе японского бренда Takahiromiyashita The Soloist проглядываются похожие мотивы.
Такахиро Миясита в своих коллекциях прибегает к "жизни после трагедии". Это своего рода постапокалипсис, но в нем нет этой киношности, которая часто встречается у других брендов. Работам Миясита свойственен более чувственный подход. В коллекциях дизайнера ощущается контраст между безысходностью и проблесками надежды. Одежда словно намекает, что в мире все далеко не хорошо, но за него стоит бороться. От некоторых представителей панк-культуры можно встретить схожее ощущение. В нашем Instagram мы упоминали о почитателях краста (быстрый металлизированный панк с характерной партией ударных, пессимистичной лирикой, освещением политических, этических и социальных проблем). Несмотря на бунтарский настрой панка в целом, у субкультуры образовалась D.I.Y униформа.
Стиль не только эстетически интересен, но и хорош с точки зрения экологии — зачастую любые дырки и износ закрывают нашивками или заштопывают нарочито небрежно. Красота деформации и увядания будто ставит под сомнения привычные эстетические стандарты и повествует об ужасах современности. Кто-то наоборот использует "состаренность" в более позитивном ключе. Бренд Kapital в коллекции весна/лето 2021 задействовал японские традиции, эстетику хиппи 70-х, скейтбординг и немного "панка". Получился эклектичный культурный набор, об ингредиентах которого намекают не только визуальные черты, но и обработка ткани. В этих недочетах и небрежности рождается чувство времени, помноженное на личное восприятие каждого. Также Kapital — один из тех брендов, задействующих древнюю японскую методику боро (когда одежда шьется из множества обрезков и лоскутков разных тканей, техника родилась в бедных слоях японского общества). Подобные обращения к прошлому в современном контексте рождает новый смысл.

Многим людям свойственно скрывать физические несовершенства своего тела (речь не идет об инвалидностях и особых случаях, когда необходимо врачебное вмешательство). Впрочем, определение "несовершенство" тут не совсем уместно. "Нюансы" — важный критерий уникальности человека. К одежде такой подход также применим. Каждый сам может привносить самобытность вещам. Можно самому создавать историю, которая будет проявляться в заломах, потертостях, швах и выцветании. Подобное уже давно практикуется среди любителей денима и винтажной одежды. "Всякий раз, когда я получаю новую пару обуви я левой ногой наступаю на правую, затем правой на левую, — объясняет свою манеру носки создатель японского бренда Visvim Хироки Накамура. — Это схоже с тем, когда ты только постригся и хочешь поскорее избавиться от этого странного дискомфорта".
Манера Накамура говорит о особой индивидуальности вещей, которые проявляются в процессе носки. "Чтобы быть уникальным, надо или олицетворять прошлое, или обладать признаками изношенности, — объясняется в книге "Конец моды". — Последнюю разновидность уникальности нельзя назвать особенно эффектной — она проявляется лишь в неправильностях, которые оставляет по себе течение повседневной жизни: точно так же неповторим каждый зуб, и такие же неправильности можно наблюдать на коже". Для некоторых вещей "эффект уникальной поношенности" не всегда актуален. Но что, если бы в одежде больше воспевалась индивидуальность и формирование характера? Вокруг мы бы наблюдали больше людей, облаченных в истории и меньше выброшенной одежды. Но в этой теореме должно быть обязательное условие — хорошее качество вещей.
Made on
Tilda