На первый взгляд выбор одежды — это всего лишь покупка, опосредованная поверхностным считыванием визуальной информации. Однако «наша оболочка» уже давно стала средством коммуникации и «видимостью человека» с его «стилем жизни». Последнее для некоторых буквально интегрировалась в идентичность, что стало «визитной карточкой». За такими людьми закрепилась униформа, которая мало меняется с годами. Имеется в виду их однотипная манера одеваться. Но самоопределение – не прекращающийся процесс, который в разной степени отражается и на нашей внешности. Да и мир постоянно влияет на нас своей постоянной переоценкой символических ценностей. В идентификации без идентификации существовать нелегко, что касается и выбора одежды. Даже в таких условиях идея униформы остается.
Одежда одновременно создает поведение и является гибким элементом, который впитывает различные идентичности. Сегодня тенденции моды меняются достаточно быстро, что связывают с неустойчивостью человеческой личности. Но можно ли тогда сказать, что такие люди, как Стив Джобс с его униформой более уравновешенны и знают, чего хотят от жизни? Внешний вид Джобса — один из наиболее банальных примеров «униформы». Он запомнился водолазкой Issey Miyake, джинсами Levi’s 501 и New Balance 991 и 992. Автор его биографии Уолтер Айзексон писал, что Стиву очень понравилась униформа, которую Мияке создал для работников Sony в 1981-ом году. Джобсу показалось, что и для Apple «уставной наряд» поспособствует «корпоративному слиянию». По словам Айзексона его идею восприняли без энтузиазма. Впрочем, для самого сооснователя Apple японский дизайнер сделал водолазку (говорят, что их было изготовлено до тысячи штук — все это хранилось в гардеробе, который видел Уолтер Айзексон). Не тратить время на выбор одежды, сосредотачиваясь на более важных делах — причина появления этого однотипного набор вещей. Это также могло быть еще одним маркетинговым ходом, обусловленным созданием должного имиджа.
Преследуя функциональность и простоту Джобс добавил одежде свое значение и статус. Если верить этой истории с Мияке, он не искал отличия ради отличия, чтобы выделиться. Однако его гардероб превратился в яркое самоутверждение, сформировавшийся бренд — такое позволить могут те, кому «не надо ничего доказывать». Выходит некоторое противоречие между аутентичным позиционированием себя и яркой демонстрацией своей идентичности. Скромность и минимализм тоже становятся потребленными понятиями, тем более в плане одежды, которая отличается своей на первый взгляд аскетичностью. Образ Джобса обретает жизнь вне обладателя. Это как актер, ставший заложником какой-то роли фильма. Однако для кого-то такая «маска» в виде одежды может более ярко просвечивать человека.
Для американского дизайнера Тома Брауна униформа — это нечто очень индивидуальное. Сама идея одинаковой унифицированной одежды несет идею «уравниловки». Однако в разговоре с Беллой Фрейд (британский дизайнер, правнучка Зигмунда Фрейда) в рамках ее подкаста Fashion Neurosis Браун также рассуждает на тему «индивидуальности униформы». Белла в свою очередь подмечает: «Дети, выходящие из школы, в своей форме смотрятся очень сильно, нежели, если они были в своей повседневной одежде». Можно также представить себе утопическое общество, где все одеты одинаково. Даже в этом случае личность будет проглядываться сквозь серость и одинаковость. Порой слишком «индивидуализированная» и броская одежда наоборот закрывает человека, он становится ее продолжением, а не наоборот.
Идея униформы прослеживается у многих брендов — от рабочих и милитари мотивов до простого и функционального дизайна. Они предоставляют набор инструментов для создания себя. Однако они не могут продавать один и тот же набор для всех, иначе кто-то не сможет «подчеркнуть свою индивидуальность». В этом случае речь больше о стиле. Униформа — более узкое и типовое понятие. Для кого-то это сродни безликости и конформизму. Но в наших реалиях, где гиперэкспрессия выходит на первый план, превращаясь в пустоту, униформа может быть противоядием. Нет необходимости следовать трендам, не надо гнаться за актуальностью. Самые аскетичные «отщепенцы стиля» обретают ярчайший статус — особенно, если это является естественным продолжением человека, его аутентичной второй кожей. Одеваться в «униформу» для одних равно демонстрации бедности, а для других — высокий статус и самоутверждение.
Идея униформы прослеживается у многих брендов — от рабочих и милитари мотивов до простого и функционального дизайна. Они предоставляют набор инструментов для создания себя. Однако они не могут продавать один и тот же набор для всех, иначе кто-то не сможет «подчеркнуть свою индивидуальность». В этом случае речь больше о стиле. Униформа — более узкое и типовое понятие. Для кого-то это сродни безликости и конформизму. Но в наших реалиях, где гиперэкспрессия выходит на первый план, превращаясь в пустоту, униформа может быть противоядием. Нет необходимости следовать трендам, не надо гнаться за актуальностью. Самые аскетичные «отщепенцы стиля» обретают ярчайший статус — особенно, если это является естественным продолжением человека, его аутентичной второй кожей. Одеваться в «униформу» для одних равно демонстрации бедности, а для других — высокий статус и самоутверждение.
Человек не равен самому себе и всегда стремиться быть кем-то. Но, обретая «кем-то», он перестает быть собой, превращаясь в объект, в маску, которую он когда-то надел. Нужно ли вовремя ее срывать, чтобы она тобой не завладела? Или же это исключительно вопрос восприятия тебя другими? У моды нет финишной прямой и четкого пункта назначения. Сегодня она продает «улучшение индивидуальности». Даже униформа и ее модульность неплохо интегрировалась в набор «создай (купи) себя сам». Но и без влияния моды и соцсетей люди меняются и модифицируют свой внешний вид. Может, вовсе не стоит строить из себя «Стива Джобса», скатываясь в «скромную претенциозность» и не копаться в мимолетных отходах актуальности?
