Чтобы понять моду, стоит взглянуть на нее со стороны. Люди, работающие в этой сфере зачастую не выходят из своего «пузыря», что замутняет взгляд. Однако наш внешний вид обусловлен множеством факторов, сформированных как изнутри, так и влиянием извне. «Задача по осмыслению моды как социального, культурного, экономического или политического феномена лежит в междисциплинарном поле, — объясняют создатели книги "Осмысление моды. Обзор ключевых теорий". — Для ее решения исследователям приходится использовать самый широкий методологический арсенал и обращаться к разным областям гуманитарного знания». Авторы издания рассматривают моду сквозь призму теорий именитых философов, психологов и политических деятелей, среди которых, например, Карл Маркс, Жан Бодрийяр, Зигмунд Фрейд и Михаил Бахтин. Далеко не у всех из них есть работы, посвященные моде. Но у их идей есть немалый потенциал для анализа этого многоликого феномена. Мы прочитали книгу и выписали понравившиеся высказывания.

«Мыслить – вот что значит путешествовать».

Погружаясь в эту сферу (социологии и культурологии) и рассматривая ее слой за слоем, они доказывают, что мода может служить основанием для обсуждения ключевых социальных и культурных проблем — от практик производства и потребления до политики идентичности.

Иными словами, и студенту и специалисту , не первый год занимающемуся вопросами моды, необходимо время от времени освобождать разум от предубеждений и ставших общим местом идей, чтобы получить возможность окинуть поле исследования свежим, незамутненным взглядом. Вот почему знакомство с различными теориями может способствовать лучшему пониманию модных процессов.

…творчество — это коллективный процесс, а модная коллекция не плод воображения отдельно взятого индивида, способного обходиться без поддержки социума, но продукт, созданный в результате взаимодействия различных социальных, экономических и культурных сил.

«…несмотря на иллюзию чистого листа, мы всегда пишем на уже написанном».

Историческое время «не плавно течет из прошлого в настоящее, а сложным образом петляет, меняя направление: так, прошлое актуализируется, когда в него вторгается настоящее».

В результате фрагментации и изменения структур модерности в современном обществе великие рассказы новейшей эпохи заместила логика моды и потребления.

Постструктуралистская концепция гибкой и подвижной идентичности получает подкрепление благодаря динамичности моды, которая позволяет людям постоянно обновлять определение собственной идентичности.

Постмодернизм, с характерным для него непостоянством идентичностей и «плавающими» значениями, вызывает столь же неоднозначные оценки в интеллектуальной среде — от энтузиазма до глубокого сепсиса; но мода безусловно принимает его бессистемные условия игры и становится в этой игре непревзойденным экспертом.

Материальная культура — это среда, в которой функционирует наша идентичность; мы все это прекрасно знаем, поскольку наше отношение к материальным объектам всегда эмоционально окрашено: так, шоколадная плитка служит утешением в моменты тревоги и печали, песня может напомнить о прошедшей любви, а любимое платье заставляет ощущать себя до невозможности сексуальной.

«Невозможно изучать одежду с холодной головой; она должна пробуждать в нас целую вселенную глубоко личных чувств, от тактильных ощущений до эмоциональных переживаний».

… мода — это не только создание некой видимости (того, что называется «look»), но еще и поведение тела в пространстве.

Внешность больше никак не связана с реальным положением вещей. Сигнификация исчерпала себя; коммуникация уступила место соблазнению. Реальность сделалась искусственной, превратилась в бесконечное зрелище, причудливую игру знаков, которые больше ничего не обозначают. Даже религиозные и государственные символы заимствуются и перерабатываются в декоративные элементы, при этом востребованным оказываются только их эстетические достоинства, но не их символическая ценность. Фактически на этой стадии внешность творит реальность.

Так же как породившая ее капиталистическая система, мода «двулика»: она одновременно является источником удовольствия и причиной страданий, средством (само)выражения и орудием эксплуатации.

…одежда несет на себе печать «озабоченности вопросами сексуальной доступности и эротических предпочтений».

Поскольку авторы, пишущие о моде и популярной культуре, стали активно использовать язык фетишизма, важно помнить о том, что настоящему, клиническому фетишисту доставить удовольствие может только его собственный фетиш-объект, поэтому он «с большей вероятностью предпочтет остаться дома и раз как следует начистить ботинки, вместо того чтобы пойти в кино и увидеть Марлен Дитрих, облаченной в черное кружево и туфли на высоких каблуках»

Мода является частью человеческого эстетического опыта.

…мода представляет собой результат действия двух разнонаправленных сил — индивидуализма и конформизма.

«…чем более нервна эпоха, тем быстрее меняются ее моды, ибо потребность в изменении раздражения — один из существенных компонентов моды, тесной связанный с возбуждением нервной энергии».

«Классы и индивиды, стремящиеся к постоянному изменению, так как только быстрота из развития дает им преимущество перед другими, находят в моде темп собственных душевных движений». 
В моде соединяются прошлое, настоящее и будущее: она узурпирует прошлое, олицетворяет настоящее и предвосхищает неизбежное ниспровержение.

Мода — это собрание улик, доказывающих, что нельзя верить в обещанный капитализмом прогресс, потому что все его достижения нацелены на извлечение прибыли.

Мода — это многогранный кристалл, в котором соединились эстетика, потребительство, классовое разделение, законы индустрии и стремление продемонстрировать личную идентичность.

Дендизм — это антимода, коль скоро денди всегда стремится выйти за рамки моды своего времени; тем самым он заявляет о своей эгоцентричности, дерзкой независимости и склонности полагаться исключительно на собственное мнение и вкус.

«Всякий раз, когда мода принимается рыскать в дебрях далекого прошлого, это означает, что она почуяла нечто актуальное; она совершает тигриный прыжок в прошлое»

«Именно потому, что мы живем в обществе, где господствует капитал и протребление, мы принуждаем материальные предметы служить символическому олицетворению ценностей, далеких от материализма. В том числе предрассудков, магических верований и идей мистического свойства. Выражая или воплощая их, предметы (одежды) становятся светским аналогом религиозных фетишей».

Вместилищем разума является тело, и познание мира осуществляется через телесные схемы. Таким образом, к телу следует относиться не как «существующему в мире объекту», но скорее как к «точке обзора, из которой мы воспринимаем мир».

…тело социально по своей природе, поскольку мы приходим к пониманию самих себя через взаимодействие с окружающими.

Человека нельзя рассматривать ни как пассивного носителя усвоенных извне культурных кодов, ни наоборот — как полностью свободного агента, способного независимо ни от кого и ни от чего формировать некий собственный мир.

…выбор той или иной формы одежды связан не только с желанием выглядеть определенным образом, но также с выходящим далеко за пределы визуального измерения способом бытия-в-мире. С этой точки зрения одежды выглядит как продолжение тела — нечто сродни протезу, который опосредует наше практическое взаимодействие с миром и в итоге оказывается вмонтированным в наши телесные схемы.

Когда мы вступаем в активный контакт с миром, мы предъявляем ему не просто тело, а одетое тело; при этом одежда становится неотъемлемой частью нашей телесной схемы, влияя на способы, которыми мы осваиваем пространство.

«реклама всегда говорит об определенном продукте, но сообщает нам и что-то еще».

Давайте представим для примера, как мы одеваемся, когда остаемся дома; даже в этом случае мы принимаем во внимание социальные требования и ожидания.

На то, что человек утратил душевное равновесие, могут указывать его эмоциональные срывы, запущенный внешний вид, неконтролируемые тики. Но недостаток самообладания можно и скрыть. Перспектива потерять лицо из-за случайной оплошности, по сути, сравнима с позорным положением, на которое человека обрекает «ущербная идентичность».

…идентичность обусловлена «паттерном социального контроля, который осуществляется самим человеком в сотрудничестве с теми, кто его окружает».

Несмотря на то что многие люди утверждают, что их манера одежды выражает или отражает их неповторимую индивидуальность, фактически они изо всех сил стараются соответствовать требованиям капиталистической системы моды, для которой аутентичность — это товар и даже бренд.

Система моды направляет и производство, и потребление, предлагая шаблонные формы идентичности и способы самовыражения в одежды, и важную роль в этом процессе играют всевозможные медиа — достаточно вспомнить многочисленные программы, из которых мы узнаем, что нужно сделать, чтобы выглядеть более эффектно или естественно, или руководства из серии «dress-for-success» («одежда как залог (профессионального / социального) успеха».

О простоте прусского военного обмундирования: «Одежда столь тщательно скрывает тело, что становится чем-то вроде второй кожи, почти естественной частью тела, и от этого создается впечатление, будто и нет никакой одежды».

Власть моды проистекает именно из ее легкомысленного и непостоянного характера. Мода с легкостью надевает маску невинной эфемерности, потому что знает, как нейтрализовать собственные парадоксы.

Невозможно описать и истолковать моду, ссылаясь только на присущую человеку склонность к подражательству или стремление подчеркнуть собсвенную индивидуальность, и точно так же ее суть не исчерпывается изменчивостью.

…потребление — это планомерный акт манипулирования знаками, подчиняющийся логике желания.

…потребление характеризуется как проявление желания «неутолимого, поскольку в основе его лежит недостаточность. И это желание, которое никогда не будет утолено, локально выражает себя в последовательности объектов и потребностей». Такое желание не мотивировано никакой потребностью, которую могло бы удовлетворить обладание вещами. Скорее, это желание ради желания, «желание собственного образа». Данное наблюдение, в частности, объясняет, почему потребители моды постоянно что-то приобретают, но при этом никогда не испытывают удовлетворения и каждый день, стоя перед гардеробом, в котором полно вещей, страдают от того, что им нечего надеть.

«Мир моды всеми силами стремится забыть, что настоящая инновация становится возможной лишь в том случае, когда она основывается на совершенном владении ремеслом и доскональном знании истории».